Почему гипноз и сила разума важны в медицине

Перевод интервью с хирургом Джеком Гибсоном (Dr Jack Gibson), кто успешно применял гипноз для обезболивания.

В 1930-е годы член племени бедуинов ознакомил молодого ирландского доктора с возможностями подсознания. Шестьдесят лет спустя, после проведения более четырех тысяч операций с использованием гипноза, доктор Джек Гибсон беседует с Джо Гриффином.

Самый полный обзор по феномену гипноанестезии: применение гипноза вместо наркоза, хирургические операции под гипнозом.

Очная программа обучения уличному гипнозу и гипноанализу в мини-группах в Москве
“Hypnologic. Обратная сторона сознания”. Обучение уличному гипнозу в Санкт-Петербурге

Джо Гриффин: Вернемся к тому моменту, когда вы впервые начали интересоваться гипнозом. Ведь, когда вы проходили обучение по специальности хирург, гипноз не был частью учебной программы?

Доктор Джек Гибсон: Когда я был мальчиком, жил священник, использующий гипноз для людей, страдавших морской болезнью, и он смог вылечить их. Я был сильно впечатлен им. Позже, когда я занялся медициной, я рассказал своему профессору о гипнозе. Он ответил, что ни один врач не использует гипноз, его практикуют только шарлатаны. Несколько лет спустя на Нормандских островах я смотрел шоу сценического гипноза, и понял его возможности. Я поинтересовался у психиатра, может ли гипноз быть использован для лечения астмы. Он сказал, что вполне может провести такую работу. Он взялся за больного астмой, разместив его в психиатрической клинике, запретив родственникам посещать его в течение трех дней. По окончании этого срока пациент вернулся совершенной развалиной.

Гриффин: Он якобы использовал гипноз?

Гибсон: Я полагаю, что врач знал о гипнозе немного, но его знаний было недостаточно. Я впервые столкнулся с целительным эффектом контролируемого использования подсознания во время хирургической практики на Ближнем Востоке в качестве молодого аспиранта. У бедуина была опухоль на ноге, растянувшаяся вдоль мышц. Он знал, что новообразование будет нужно удалить. Араб сказал: «У меня не будет никакой анестезии». Я предложил ему местное обезболивание, но он отказался. Когда я оперировал его, то чувствовал, что он должен страдать от невыносимой боли. Я сам почувствовал боль. Когда операция закончилась, он спокойно сказал: «Могу ли я взглянуть на ногу, пока вы не наложили повязку?». Только позже, когда я научился сам практиковать гипноз, я понял, что он совсем не испытывал страданий во время операции. Затем, позже, около 36 лет назад, я проходил хирургическую практику в Африке. Я отправился к человеку, у которого была больная грудная клетка. Его постель была сожжена, потому что он отправлялся спать с зажженной сигаретой. Я боялся, что он подожжет дом, в котором находились его дети, что они могут погибнуть в пожаре. Поэтому я решил применить к нему гипноз. Это было моим первым случаем практики. Он погрузился в очень глубокий транс. Я был в восторге от того, что мне это удалось.

Гриффин: Он бросил курить?

Гибсон: Не знаю. Он откликнулся на мои гипнотические внушения, и я принял это как должное, решив, что он перестанет курить. Тогда я ничего не знал о гипнозе. Сегодня я бы подождал подтверждения того, что он бросил пагубную привычку.

Гриффин: Но это же был ваш первый случай практики!

Гибсон: Спустя через три дня позвонила женщина. У нее была парализована нога, и я подозревал, что проблема имела психосоматический характер. Я отправился к ней и убедился в своей правоте. Она решила свою проблему уже через полчаса. У меня был соответствующий настрой, чтобы постараться убедить ее столкнуться лицом с факторами, которые способствовали параличу ноги.

Гриффин: Итак, с того момента вы начали заниматься психотерапией и гипнозом?

Гибсон: Да. И у нее должен был родиться ребенок, и этот младенец появился на свет под гипнозом. Это было чудесно.

Гриффин: Это было спустя некоторый срок?

Гибсон: Приблизительно через две недели.

Гриффин: Значит, вы обрели ее доверие, решив проблему с ногой?

Гибсон: Да. После этого я использовал гипнотерапию, когда это было возможно. Позже я вернулся в Ирландию и занял должность хирурга в больнице в Наасе. И в очень оживленной практике гипноз использовался также.

Гриффин: Какова была реакция врачей в больнице насчет применения вами гипноза?

Гибсон: Позитивной. За двадцать лет работы не было жалоб.

Гриффин: У них не было предубеждений насчет гипноза. Даже если вы использовали гипноз как альтернативу наркозу?

Гибсон: Да.

Гриффин: Итак, по вашему мнению, сколько операций вы провели, используя гипноз для анестезии?

Гибсон: Более четырех тысяч, включая и всевозможные простые операции. Я применял гипноз все время для устранения вывихов и переломов, в лечении людей, пострадавших в автомобильных авариях. Очень часто у пострадавших накануне был прием пищи, и для возможности применения синтетических анестетиков пришлось бы долго ждать, пока желудок опустеет. Но с помощью гипноза я смог работать сразу.

Гриффин: Как вы думаете, использование гипноза помогло сохранить средства больницы?

Гибсон: Размер сбереженных средств был огромным.

Гриффин: Да. Мне было интересно услышать об этом. С точки зрения времени операции, возможности больных оставаться дольше в постели, привлечения большего количества докторов.

Гибсон: Но это никогда не рассматривалось.

Гриффин: Вы не считаете, что использование гипноза для анестезии было бы очень актуально сегодня, когда все государственные медицинские службы испытывают финансовые перегрузки?

Гибсон: Да, больницы могут значительно сократить расходы. Например, пациента с переломанным носом помещают в госпиталь и проводят операцию на следующий день. Тогда как я просто загипнотизирую парня, обеспечу поддержку, чтобы вправить нос, надеть шину для фиксации, а затем отпущу его домой. Цена такой процедуры будет составлять часть стоимости всего приема.

Гриффин: Итак, вы понимаете довод для врачей и анестезиологов, чтобы они тренировались в гипнозе и использовали его?

Гибсон: Я думаю, что всем врачам и анестезиологам следует обучиться использованию гипноза.

Гриффин: По вашему мнению, что их в этом останавливает?

Гибсон: Предрассудки!

Гриффин: Как вы думаете, что является источником предрассудков?

Гибсон: Деньги!

Гриффин: Из-за личных финансовых интересов некоторых людей гипноз не используется.

Гибсон: Я обучил здешних врачей, но они не используют гипноз. Если бы врачи отправились в хирургию, где были желающие оплатить лечение, и, если доктора предложили им использовать гипнотерапию, то они имели меньше платежеспособных пациентов. Соответственно, они заработали бы меньше денег. Но то, чего не понимают в национальной службе здравоохранения, где тратится, например, на лечение астмы очень много средств в год – использование гипноза привело бы к скорейшему выздоровлению. Была бы экономия и денег, и времени.

Гриффин: Итак, вы обнаружили, что астма хорошо поддается лечению гипнозом?

Гибсон: Абсолютно.

Гриффин: Это особые случаи астмы?

Гибсон: Все варианты астмы, особенно случаи у детей.

Гриффин: В книге был описан анекдотический случай, когда вы были приглашены в больничные палаты, заполненные детьми, страдающими астмой. Дети находились в клинике в среднем шесть месяцев. Все маленькие пациенты, с которыми вы работали, очень хорошо откликнулись на гипноз. Тем не менее руководство больницы попросило вас прекратить работу.

Гибсон: Да. Они думали, что я использую магию. Вероятно, у детей нет иного такого состояния, как астма, которое было бы так легко лечить самогипнозом. Я обнаружил, что большинство астматиков перестает страдать от приступов астмы почти сразу, их жизнь преобразуется в процессе лечения. Иногда приступы астмы прекращаются уже после первого сеанса обучения расслаблению. Чтобы помочь ребенку (или взрослому) научиться расслабляться в случае возникновения иного приступа, запись внушения для самогипноза будет очень полезной. Если ребенок научился расслабляться, прослушивая запись, то в случае повторения приступа ему относительно легко расслабиться, слушая ленту, минуя болезненный спазм. На мой взгляд, во многих случаях астмы существует один фактор, общий для всех видов аллергических реакций. И этот фактор – подсознательный страх. Только при проникновении в сферу подсознательного разума, стирания хранящейся там ошибочной информации, ее замене правдивыми фактами, будет достигнуто исцеление. Когда возникает приступ астмы, страх вызывает спазм мускулатуры легких. Но, когда ребенок научился расслабляться, то первое, о чем он подумает – это расслабление. Тогда исчезнет страх и пройдет астматический приступ. Со временем он станет полностью свободным от астмы.

Гриффин: В более широком значении, вы видите гипнотерапию как эффективный способ лечения многих заболеваний?

Гибсон: Я полагаю, что гипноз так же эффективен, как антибиотики. Конечно, антибиотики будут излечивать болезни, на исход которых гипноз не может повлиять. Но гипноз может помочь в случаях, когда антибиотики бесполезны.

Гриффин: Вы можете развить эту идею?

Гибсон: Если бы какой-либо доктор вел практику без использования антибиотиков, он бы рисковал быть удаленным из реестра врачей, поскольку многие его пациенты могли умереть без их применения. Однако если врач, который использует гипноз, столкнется с необходимостью выбрать: прекратить назначать антибиотики или отказаться от гипноза, ему придется сделать трудный выбор. На первый взгляд может показаться, что антибиотики, вне всякого сомнения, более важны. Тем не менее, антибиотики, в отличие от гипноза, могут повлиять лишь на небольшой спектр человеческих страданий. Когда пенициллин был впервые открыт, небольшая партия была отправлена ​​на север Англии для экспериментального использования, никто, казалось, не верил в его возможности, и лекарство лежало неиспользованным. Хотя я был младшим хирургом, мне разрешили провести первое испытание, и я ввел пенициллин в гноящийся тазобедренный сустав пациента. Результат был впечатляющий, и с тех пор я стал назначать антибиотики. Я полагаю, что закрывать глаза на возможность применения гипнотерапии так же ненаучно, как и игнорировать обоснованность использование пенициллина. Если не учитывать возможность доступа к подсознанию через гипноз, мы будем продолжать относиться к лечению пациентов симптоматично, назначая транквилизаторы, снотворные и т.д., вместо того, чтобы нацелиться на устранение основной причины недуга.

Гриффин: Как гипноз может помочь найти эту первопричину?

Гибсон: Нервная система состоит из соматического и вегетативного (автономного) отделов. Автономная нервная система контролируется подсознанием. Гипноз обеспечивает доступ к подсознанию. Если мы, как врачи, не принимаем этого факта, тогда мы ковбои. Ковбои без лассо, потому что, неспособные поймать неуловимого зверя, мы будем видеть ужасные ненужные страдания и смерть людей от легко излечимых психосоматических заболеваний.

Гриффин: Иной аспект состоит в том, что если люди так хорошо реагируют на гипнотические внушения, то, наверняка, такие влиятельные фигуры, как врачи, фактически выполняют такие внушения. Хотя доктора возможно и не ведают, что они предлагают пациенту конкретный прогноз его заболевания. Например, когда врач небрежно говорит: «Здесь идет речь о месяцах, а не о годах (оставшейся жизни)», пациент может принять это как факт. Он может воспринять слова врача как форму гипнотического внушения и фактически умереть по команде.

Гибсон: Это правда.

Гриффин: Поэтому, вероятно, необходимая часть образовательного процесса – обучение медицинского персонала знаниям о силе гипнотического внушения, как негативного, так и позитивного.

Гибсон: Да. Нам нужно очень хорошо это осознавать.

Гриффин: Вы уникальны тем, что провели более четырех тысяч операций, важных и менее значимых, используя гипноз. Вероятно, очень мало врачей в мире могут утверждать, что имеют такой большой опыт использования медицинского гипноза.

Гибсон: За исключением, конечно, техники акупунктуры в Китае. Иглоукалывание, я думаю, используется для гипноза.

Гриффин: Это интересно. Я ознакомился с исследованиями, проведенными двумя врачами в США, которые обнаружили, что пациенты, хорошо отреагировавшие на иглоукалывание, также хорошо откликаются на гипноз. Эти доктора предположили, что акупунктура является формой погружения в гипнотический транс.

Гибсон: Это так и есть. Около тридцати лет назад господин Чэнс, великий хирург-ортопед, консультирующий в Ирландии, был очень увлечен гипнозом. Он порекомендовал мне использовать гипнотерапию. Но он добавил: «Ради Бога, сделайте пациентам одновременно укол. Не имеет значения, какая это будет инъекция: витамин B или вода. Пусть больные ощущают, что им делают укол». Я не мог этого сделать, поскольку считал, что это не честно. У специалистов, занимающихся иглоукалыванием, есть иглы, и они размещают эти иглы. Иглотерапевт убежден, что это работает. Пациенты уверены, что это действует. Персонал больницы считает, что это имеет действие. Именно поэтому акупунктура работает.

Гриффин: Но почему иглоукалывание действительно работает, это другой вопрос.

Гибсон: Можно устанавливать иглы в места, отличные от общеустановленных особых точек на теле, однако это будет продолжать работать. Или же можно использовать электрический ток для имитации иглоукалывания и получать еще более лучшие результаты. Процент успеха таких практик очень похож на степень результативности безупречного гипноза.

Гриффин: Поскольку поднята эта тема, я хочу уточнить: когда вы использовали техники гипнотерапии в хирургии, какая процентная часть пациентов откликнулась на гипноз?

Гибсон: Мне трудно дать точный ответ, поскольку я не сохранил записей. Существует разница между холодным расчетом и выбором в чрезвычайной ситуации. Если я предложу вам выбор: «Операция на пальце будет под гипнозом или под общим наркозом?», скорей всего вы выберете анестезию. Если я попытаюсь загипнотизировать вас, это не сработает. Но если вы попали в больницу с кровоточащим пальцем, а ваш желудок полон, что препятствует использованию общего наркоза, то вы бы согласились на гипноз. Я думаю, в таких (экстремальных) условиях процент внушаемых пациентов был бы высоким.

Гриффин: Каков ваш предпочтительный метод погружения в транс для анестезии? Это техника отвлечения или вы говорите им, что их рука становится онемевшей?

Гибсон: Начну с самого начала. Я очень осторожно беру пациента за руку. Я говорю: «Если вы расслабитесь, то будете чувствовать меньше боли. Если вы расслабитесь очень сильно, то не будете вообще чувствовать боли». Затем я, придерживая руку очень нежно, обрабатываю участок возле раны антисептиком, например, йодом, который при попадании в рану может вызвать боль. Я действую очень осторожно, чтобы капли йода не попали в рану. Затем я беру антисептик, который не печет, и аккуратно обрабатываю рану. Я продолжаю им говорить: «Если вы расслабитесь, это поможет вам. Вы расслабляетесь все сильнее и сильнее». Затем, когда я начинаю зашивать рану и беру иглу, то говорю пациенту: «Я могу сделать укол сейчас, и вы не почувствуете никакой боли. Но инъекция не избавит от боли навсегда, потому что, когда действие препарата закончится, вы снова почувствуете боль. Но если вы достаточно сильно расслабитесь, то зашивание раны не будет ощутимо. Не будет боли и после операции».

К этому времени человек, вероятно, загипнотизирован. Я могу удалить из раны любые частицы грязи, не причиняя боли. В состоянии глубокого транса я могу обойтись без анестезии и наложить швы, и пациент вообще не почувствует боли. Если потребуется провести иссечение разорванных тканей, то это будет сделано без какой-либо боли. Когда я завершаю операцию, пациент чувствует себя очень хорошо. Он на самом деле наслаждался чувством оцепенения и наложенными на рану швами. И позже они примут чувство свободы от боли, когда придется им снимать швы.

Гриффин: Ваш рассказ действительно вносит ясность в то, как вы проводите обезболивание с помощью гипноза.

Гибсон: Когда я был в Вене в прошлом году, я отправился на обед с друзьями. Там был человек, который ничего не знал о гипнозе. Коллега попросил объяснить ему, как я накладывал швы на рану, используя для обезболивания гипноз. Я взял осторожно руку человека и приступил к работе. Когда я закончил, коллега сказал: «Посмотри, его рука зависла в воздухе, и он не может опустить ее». Я должен был сказать: «Твоя рука свободна».

Гриффин: Вы слышали о докторе Эскудеро из Испании? Говорят, что он применяет технику, основанную на использовании слюны для выполнения обезболивания.

Гибсон: Есть только один способ – заставить человека расслабиться. У него (доктора Эскудеро) есть больница, в которой все заинтересованы в том, чтобы данный метод работал. Сам доктор верит в возможности его техники, верят и пациенты, и персонал больницы, поэтому метод работает. Согласно его технике, рот должен быть влажным, и, если он влажный, то человек не испуган. Если бы он ощущал ужас, то рот был сухим. Знахари использовали ту же технику в Африке. Если какой-то человек совершил убийство, знахарь заставлял всех мужчин в деревне выстроиться в ряд. Все они полагали, что он обладает магическими способностями. Они были уверены в том, что когда знахарь будет ходить с раскаленной кочергой и касаться ею языков всех мужчин, то язык убийцы будет сожжен из-за того, что его рот станет сухим. Те, у кого язык останется влажным, не будут испытывать никакой боли.

Гриффин: Когда вы вышли на пенсию, вы приступили к психотерапевтической практике, беря пациентов с психосоматическими проблемами. Разве это не было кардинальным изменением?

Гибсон: Да, это было гигантская перемена.  Я вышел на пенсию в возрасте семидесяти лет, мне все равно пришлось бы оставить хирургическую практику. Но к тому времени у меня был огромный опыт в гипнотерапии, что я был рад наступившей пенсии. За предыдущие двадцать лет я практиковал и хирургию, и гипнотерапию.

Гриффин: Откуда у вас опыт в понимании человеческой природы? Это совсем другая ниша, отличная от хирургии.

Гибсон: Очень мало людей понимают суть человеческой природы и обладают способностью к состраданию. Полагаю, меня всегда интересовали люди.

Гриффин: Меня интересует подход, который вы используете относительно различных жалоб и болезней, что подчеркнуто в вашей книге и аудиозаписях. Я был впечатлен вашим творческим использованием языка, гипнотическими внушениями, психологической проницательностью. Мне кажется, что такой опыт стал результатом продолжительных размышлений. Но также должны были существовать и некоторые источники для понимания и знаний.

Гибсон: Я думаю, что большая часть знаний исходила из моей религии. Был человек по имени Лесли Вэзэхэд, который написал много книг. Меня интересовало то, что он сделал.

Гриффин: Он исследовал человеческий разум с психологической, философской и религиозной точек зрения. Вы черпали вдохновение из его книг?

Гибсон: Да, и от самого себя.

Гриффин: Каким образом: от себя самого?

Гибсон: Я посещал его проповеди. Я был очарован.

Гриффин: Вы полагаете, что он был гипнотизером?

Гибсон: Я считаю, что каждый хороший проповедник действительно владеет этими навыками.

Гриффин: Считаете ли вы, что религиозные взгляды или, по крайней мере, приверженность чему-то вне себя, важны для психического здоровья?

Гибсон: Если они действительно религиозные!

Гриффин: Как бы вы определили принципиальное отличие?

Гибсон: Некоторые люди религиозны, но они не верят ни в истину, ни в свою жизнь.

Гриффин: Как вы понимаете «фундаментальную религиозную истину»?

Гибсон: Я не особенно просвещен в аспекте ортодоксальной или иной религии. Я полагаю, что мир образовался в результате большого взрыва. Я не знаю, правда ли все, что нам говорят.

Гриффин: Вы полагаете, что существует труднопостигаемая закономерность, которая каким-то образом связывает людей. Так сложилось исторически, что религия пыталась сдерживать человека от того, чтобы он знал или хотя бы имел общее понимание этой картины.

Гибсон: Да.

Гриффин: По моему мнению, вы были первым человеком, который сделал запись о гипнозе на пленку.

Гибсон: Мне бы хотелось самому это точно узнать. Хотя я думаю, что все же был первым, примерно в конце 1950-х годов. Первая запись была предназначена для лечения любых патологических состояний, но главным образом астмы. Но я не продавал записи. В 1962 году я выпустил пластинки и реализовал их. С появлением магнитофонных кассет, я стал использовать их. В 1970 году моя кассета «Бросить курить» находилась в топе продаж в Ирландии в течение шести недель.

Гриффин: Альтернативная терапия становится все более популярной. Считаете ли вы, что это отражает существующие недостатки принятой медицинской модели и то, как официальная стратегия применяется на практике?

Гибсон: Я думаю, что мы слишком медленно принимаем тот факт, что существует подсознание. Когда я читал лекцию в Медицинском сообществе в Университетском колледже в Дублине, то сказал, что на медицинскую профессию повлияли патологоанатомы, благодаря чему мы узнали о том, как функционирует тело. Но у мертвого тела нет разума. И все же сегодня мы тратим годы на обучение знаниям, как работает тело, и всего лишь несколько минут, чтобы узнать, как функционирует ум. Нам нужно осознать, что ум так же важен, как и тело.

Уже в начале моей карьеры я обнаружил, что меня хорошо обучают в плане теоретических физиологических аспектов медицины. Но мне дали мало знаний относительно причин или лечения тех заболеваний, с которыми я в основном сталкивался на практике. Нас учат лечить астму глюкокортикоидными гормонами. Я видел, что приступы прекращались на какое-то время, но они почти всегда возобновлялись. Я назначал болеутоляющие средства людям, страдающим мигренью, но со временем их проблема возвращалась. Я лечил бессонницу с помощью седативных препаратов, но никто из пациентов не был излечен от основной причины нарушений сна. Я понимал, что наркоманы, алкоголики или курящие люди прислушиваются к моему совету только, чтобы потом пренебречь им. Это подтолкнуло меня к осознанию того, что многие человеческие страдания зарождаются в уме. Чтобы добраться до корня проблемы, мы должны получить возможность задействовать силу подсознания и избавиться от содержащихся там ошибок.

Гриффин: Итак, врачи должны научиться использовать силу разума.

Гибсон: Однако этого не было сделано.

Гриффин: Возьмем доктора, принимающего сто двадцать пять или более пациентов в неделю. Можно ли ожидать, что он сможет использовать имеющиеся знания?

Гибсон: У нас недостаточно врачей, чтобы лечить всех. Недостаточно иметь докторов, которые лечат физические заболевания. У нас должны быть специалисты, работающие со сферой психики. Существует гораздо большая потребность в лицах, умеющих воздействовать на психику, чем на физиологию. Большая часть людей, находящихся в больнице, страдают от психосоматических заболеваний, чем от физических недугов.

Гриффин: Какие болезни вы относите к психосоматическим?

Гибсон: Возьмем существующие психиатрические клиники: там проходит лечение больше людей, чем в больницах общего профиля. В больницах общего профиля есть также много пациентов, пострадавших от несчастных случаев, вызванных злоупотреблением алкоголем. Есть пациенты, умирающие от курения или употребления наркотиков. Есть люди, чьи болезни вызваны стрессом. Поэтому, если классифицировать физические недуги, большинство из них можно рассматривать как психосоматические заболевания.

Гриффин: Вам будет интересен отчет, опубликованный в The Therapist, о различных способах бросить курить, включая использования никотинового пластыря. Было установлено, что гипнотерапия была самым эффективным и простым способом.

Гибсон: Я помогаю, чтобы люди прекратили курить, не испытывая муки синдрома отмены, хотя я и не обещаю его полного отсутствия. Но я заметил, что те, кто действительно очень сильно хочет бросить курить, избавляется от вредной привычки без симптомов отмены.

Тем, кто осознает, что курение может причинить много страданий, но все же имеют некие оговорки, не просто прекратить курить. Важно иметь искренность намерения, потому что это способствует обретению соответствующих эмоций и более легкому достижению гармонии. Тем, кто твердо решил не принимать никотин снова, эта мысль может быть передана подсознанию. Тогда человек может бросить курить без синдрома отмены.

Гриффин: Таким образом, наличие мотивации в сочетании с гипнотическими внушениями того, что они будут чувствовать себя комфортно, расслабленно и уверенно, как некурящие, достаточно, чтобы генерировать способность освободиться от курения без симптомов отмены. Это потрясающий вариант избавления от страданий.

Гибсон: Абсолютно! Моя дочь бросила курить. И она не обратится ко мне, как и многие люди не обращаются с такими проблемами к родственникам. Однако у нее уже три года сохраняются признаки синдрома отмены.

Гриффин: Я обратил внимание, что вы с таким же оптимизмом помогаете людям избавиться от ожирения. От вас исходит уверенность в том, что гипнотерапия может помочь им успешно сбросить вес.

Гибсон: Сбрасывание веса – это иная вещь. Мы можем забыть о сигаретах, но мы не способны отказаться от еды. В процессе снижения весе необходимо иметь четкую последовательность. Если человек хочет значительно уменьшить вес, не стоит ожидать, что это произойдет за несколько месяцев. Если он позволит себе похудеть за долгосрочный период, то может научиться постепенно уменьшать объем пищи и получать наслаждение от еды большее, чем получает сейчас. Как правило, человек с избыточным весом не наслаждается приемом пищи. Некоторые получают удовольствие, но большинство нет.

Гриффин: Это потому, что они испытывают чувство вины.

Гибсон: Да, поскольку они ощущают себя виновными. Если они будут принимать пищу в разумных объемах и прекратят есть, когда исчезнет чувство голода, им удастся снизить вес. Не существует другого адекватного способа похудения. Снижение веса таким образом не требует приложения гигантских волевых усилий в сравнении с соблюдением диет. Без напряжения, под контролем сознания все естество человека пребывает в гармонии, имея четкое намерение – снизить вес.

Гриффин: Я был сильно впечатлен тем, как вы помогали людям, имеющим проблемы с употреблением спиртных напитков. Вы действительно отлично изучили проблему, чтобы найти лучший подход для преодоления алкоголизма.

Гибсон: Зависимые особы приходили сюда по вечерам. Алкоголики, некоторые из их родственников, люди, с которыми они общались. Алкоголики повергли в крах созданную лично мной технику гипноза буквально за неделю. Но я не останавливался и продолжал двигаться в том же направлении до тех пор, пока пациенты не сказали, что они удовлетворены результатом. Они сообщили, что, если такой подход был им доступен раньше, это могло бы спасти их от существования в аду.

Гриффин: У вас были алкоголики, фантазирующие в гипнотическом трансе, что выпивают?

Гибсон: Да. Многие любили эту часть сеанса. Состояние, когда они расслабились и воображали, что пьют, дегустируют свой любимый напиток, переживают ощущения освобождения от зависимости, попадая как бы в другой мир, мир счастья, а затем возвращаясь домой с сохраненными деньгами и спокойствием. Это оказалось самой важной частью работы. Самое главное, что хотят достичь алкоголики – чувство удовлетворения, что невозможно обрести путем злоупотребления спиртным.

Гриффин: Таким образом, вы показали им, что они могут обрести чувство освобождения через самогипноз, не употребляя алкоголь.

Гриффин: Насколько я понимаю, вы были в Литве в прошлом году?

Гибсон: Да, я прочитал просьбу о необходимости в книгах о гипнотерапии, поэтому отправился туда. Я передал копии моей книги и кассет, провел несколько демонстраций.

Гриффин: Была ли языковая проблема?

Гибсон: Я общался с помощью переводчика.

Гриффин: Каковы ваши планы на будущее?

Гибсон: Я планирую написать книгу об использовании гипноза в хирургии. Для проведения исследований я собираюсь поехать в Китай и Испанию, чтобы изучить их методы работы без синтетических анестетиков. Это поможет создать интересную главу.

Гриффин: Новая глава об интересной и продуктивной жизни. Я желаю удачи в вашем новом творчестве и уверен, что ваша работа поможет повысить осведомленность общественности и медицинских служб о ценности гипноза, правильно используемого в лечении заболеваний.

Dr Jack Gibson Dr Jack Gibson Dr Jack Gibson

Dr Jack Gibson, FRCSI, DTM&H (Lond.) graduated from the Royal College of Surgeons Dublin in 1933, having won almost every available medal. He gained his fellowship in 1934 the youngest ever to be awarded this distinction. He then obtained the Diploma of Tropical Medicine and Hygiene from London in 1935. He took two locums, one in Aden and the second in Malawi. After a hospital appointment in England he returned to Africa as Dean of the Native Medical Aids School, forerunner of the present Durban Medical School. After the outbreak of war, he worked in England as a surgeon in the hospitals of the Emergency Medical Service. He later returned to Ireland as County Surgeon in Naas, Co. Kildare. He has performed over 4,000 operations using hypnosis alone. Since retiring from surgery in 1979 he devoted his time to the treatment of psychosomatic disorders using hypnotherapy.He died peacefully in 2005 aged 95.

Оценка статьи:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Поделиться с друзьями:

Гипнотическая диссоциация

Общие представления о диссоциации в гипнозе как о разделение между «системами идей и функций, составляющих личность» (Janet, 1907, p. 332).

Панические атаки

Обзор научных статей про механизмы возникновения и лечения панических атак.

Психологическая травма

Что такое психологическая травма? Обзор научных статей (перевод из Википедии).

Гипноз: лечение аллергии

Психосоматика аллергии. 

Новости допинга. Гипноз в спорте.

Спортивная гипнотерапия. Как и в чем эффективен гипноз в спорте?

Регрессивный гипноз и гипнотерапия

Регрессивный гипноз и гипнотерапия как основной инструмент нахождения травмирующих событий. Обзор техник гипнотизации и базовые принципы гипноанализа.

Социофобия: мелочи жизни

Социофобия - симптомы, способы лечения, отзывы о лечении фобии.

Дневник гипноаналитика

Истории из практики гипноанализа. Отзывы пациентов из medbooking.com

Психология гипноза. Эксперименты по гипнозу

Эксперименты по гипнозу. Автор идей психолог, гипнотерапевт Геннадий Иванов.

Психосоматика. Как внушение вызывает болезни?

Наглядно и проверяемо о том, как внушения закрепляются в голове и вызывают болезни.

Система неформальной гипнотизации

Принципы и видео демонстрации системы неформальной гипнотизации (автор Дим_Алекс).

Техники регрессивной гипнотерапии. Обучение гипнозу

Семь ключей к открытию дверей, которые ведут к причине психосоматического симптома.

Почему гипноз и сила разума важны в медицине

Перевод интервью с хирургом Джеком Гибсоном (Dr Jack Gibson), кто успешно применял гипноз для обезболивания. В 1930-е годы член племени бедуинов ознакомил молодого ирландского доктора с возможностями подсознания. Шестьдесят лет спустя, после проведения более четырех тысяч операций с использованием гипноза, доктор Джек Гибсон беседует с Джо Гриффином. ○ Самый полный обзор по феномену гипноанестезии: применение […]

Абреакция в гипнозе. Гипнотическая абреакция

Регрессивная гипнотерапия как способ перепроживания травматических событий прошлого. Абреакция - как основой метод гипнотерапии.